Спорный бизнес
Saturday, 24 December 2016

Третейский суд, оказывается, это довольно выгодное занятие.

Спорный бизнес

Запущенная в сентябре третейская реформа идет полным ходом, но пока ни одно НКО не получило разрешения на ведение деятельности по осуществлению третейского разбирательства. Российские третейские суды (ТС) продолжают функционировать по старым правилам.

C 1 сентября вступил в силу закон "Об арбитраже", по которому создавать арбитражные учреждения (новое название постоянно действующих третейских судов) смогут только некоммерческие организации (НКО). Действующие ТС вправе рассматривать споры до 1 ноября 2017 года, но только те, третейские оговорки по которым были подписаны до 1 сентября 2016 года. Потом рассматривать в России споры в качестве ТС смогут только те, кто получит разрешение правительства. Освобождены от процедуры лишь МКАС и МАК при ТПП РФ. Остальным НКО, желающим открыть арбитражные учреждения, нужно обращаться в специально созданный при Минюсте Совет по совершенствованию третейского разбирательства за рекомендацией для правительства.

Но НКО не спешат подавать заявки, продолжая работать в прежнем режиме. За 14 лет существования ТС в России третейское судопроизводство успело стать бизнесом, и далеко не всегда честным. Большинство юристов ситуация беспокоит. "По мысли законодателя — это никак не бизнес, а ветвь правосудия, форма "товарищеского суда"",— считает партнер коллегии адвокатов "Юков и партнеры" Светлана Тарнопольская. "Цель бизнеса — извлекать прибыль, а цель существования ТС — содействовать удобному, быстрому, конфиденциальному и справедливому разрешению гражданско-правовых споров",— соглашается управляющий партнер адвокатского бюро "Бартолиус" Юлий Тай.

Председатель правления Арбитражной ассоциации, партнер Baker & McKenzie Владимир Хвалей уточняет, что многие существующие ТС выступают звеном в более серьезном бизнесе, который, по сути, их и финансирует. Есть "карманные" суды, обслуживающие интересы корпораций, добавляет эксперт, и есть "особо талантливые предприниматели, которые поставили процесс на поток, не имеющий ничего общего с истинным третейским разбирательством,— как правило, за этим стоит легализация различных схем".

Суды раскидывают сети

Главным источником дохода ТС, по мнению опрошенных "Ъ" юристов, должен быть третейский сбор за рассмотрение гражданских споров. Так же считает и Минюст (см. интервью). Но на практике есть масса платных услуг, одна из распространенных — открытие ТС в других городах и регионах (или, например, продажа франшиз, см. www.kommersant.ru). Оформляется это по-разному, например, через создание нового ТС или как представительство. Стоимость "дочерних" ТС варьирует и не всегда раскрывается.

Судя по данным на сайтах, среди лидеров по этой услуге — Высший арбитражный третейский суд (ВАТС, не имеет отношения к упраздненному Высшему арбитражному суду), создавший более 90 представительств. Требования к их открытию минимальны: необходимо иметь офис и не подпадать под ограничения закона, для получения статуса арбитра сдается экзамен. Гонорар представительства составляет 50% от третейского сбора, остальное перечисляется в головной ТС. По информации на сайте, ВАТС намерен открыть отделения суда в каждом населенном пункте, где численность населения превышает 50 тыс. жителей. В Федеральном арбитражном третейском суде г. Москвы (ФАТСМ, не имеет отношения к государственным арбитражным судам) такие подразделения называются "региональными судебными участками", для них требуется офис с возможностью организации зала судебного заседания, отсутствие судимости у судей и юридический стаж от шести лет. Хотя бы у одного судьи должна быть ученая степень или стаж от десяти лет, а у одного помощника судьи — опыт работы в государственных судах.

Арбитражный третейский суд Москвы (АТСМ, не имеет отношения к арбитражному суду Москвы) предлагает открытие представительств, которые будут обладать "эксклюзивными полномочиями для осуществления третейских разбирательств от имени и под надзором суда". Уже открыты офисы в Волгограде, Екатеринбурге и Челябинске. Минимальные требования к организации — не менее трех кабинетов, трех сотрудников с юридическим образованием и отсутствием судимости, годовой оборот свыше 1 млн руб. Председательствующим арбитрам нужно сдать экзамен. Здесь также головной ТС получает половину третейского сбора. Представитель АТСМ Алексей Кравцов уточняет, что сейчас эта доля снижена до 5-10% из-за отсутствия спроса, но вносятся 300 тыс. руб. на депозит (см. интервью). Развивают "сети" и региональные суды, например ТС Красноярского края. Цена "аккредитации районного (городского) ТС с назначением председателя и выдачей учредительных документов" — от 200 тыс. руб.

Закон открытие представительства не запрещает. Управляющий партнер коллегии адвокатов "Муранов, Черняков и партнеры" Александр Муранов отмечает, что, например, арбитраж ICC (Международная торговая палата) имеет представительства и МКАС при ТПП РФ тоже планирует их открывать. Но юристы считают практику сомнительной. "Суть арбитража — разрешение споров, а не предпринимательская деятельность, поэтому такая деятельность противоречит если не букве, то точно смыслу закона",— настаивает Светлана Тарнопольская. По мнению ответственного администратора Арбитражного центра при АНО "Институт современного арбитража" Андрея Горленко, ТС может иметь представительства, но администрировать процессы в них должна головная организация, что маловероятно, если офисов десятки.

Денежный статус

Ряд ТС предлагают такие услуги, как "аттестация". Например, об этом говорится на сайте ООО "Судебный департамент коммерческих арбитражей РФ" (СДКА, не имеет отношения к системе государственных судов), принадлежащего Александру Илютину. СДКА проводит "на платной безвозмездной основе аттестации кандидатов в третейские судьи/арбитры". Пройти аттестацию можно за 25 тыс. руб., получив статус арбитра Общероссийского третейского суда при СДКА. В случае успешного тестирования новоиспеченный арбитр получает именной сертификат. Гонорар арбитрам обещают от 4,2 тыс. руб. за дело, а для судей с юридическим образованием — от 5 тыс. руб. Причем гонорар не входит в сумму третейского сбора и оплачивается отдельно.

Закон вообще не требует никаких аттестаций. Светлана Тарнопольская полагает, что нельзя однозначно расценивать плату за аттестацию в арбитры как бизнес, если граждан действительно проверяют на знание права и процесса. Но экзамен СДКА заключается в дистанционном тестировании на знание лишь закона "О третейских судах РФ" (с 1 сентября утратил силу). Более того, даже юридическое образование для арбитра необязательно, за исключением случаев единоличного рассмотрения дел. Уже упоминавшийся выше ТС Красноярского края, тоже принадлежащий Александру Илютину, предлагает платную аттестацию за 55 тыс. руб. (гонорары судей заявлены от 3 тыс. руб.) с экзаменом на знание только регламента суда.

Юлий Тай отмечает, что закон не запрещает аттестации и экзамены, но "уважающий себя арбитр на такое не пойдет". "Это несерьезно и больше похоже на бизнес, фактически на "продажу дипломов"",— считает Александр Муранов. Андрей Горленко объясняет, что статус арбитра возникает в момент его назначения или выбора на дело и прекращается с вынесением решения, поэтому предложения "стать арбитром" не соответствуют природе арбитража.

Платная приманка

Но не только гонорары привлекают граждан в судьи. На hh.ru "Ъ" обнаружил вакансии третейского судьи Федерального арбитражно-третейского суда (ФАТС), последняя от 19 декабря от имени НП "Международный союз третейских арбитров и судей", которое возглавляет Игорь Шемякин, где написано: "Присвоение статуса судьи с выдачей удостоверения, визиток, личной печати судьи, стикера на лобовое стекло автомобиля, аккредитация в арбитражном суде Москвы, Мосгорсуде". Еще в двух архивных вакансиях ФАТС содержатся условия, что доход судьи зависит от "личного содействия в заключении третейского соглашения". Судье обещается до 45% от внесенного третейского сбора: "25% — за рассмотрение спора; 20% за содействие по включению третейского соглашения сторонами спора".

"Эта практика представляется неправомерной. Материальный интерес в привлечении клиентов предполагает финансовую зависимость между арбитром и стороной по делу, это можно квалифицировать как конфликт интересов",— считает Светлана Тарнопольская. "Деньги "за содействие по включению третейского соглашения сторонами спора" — это уже что-то из области откатов или маркетинга",— возмущается Андрей Горленко. С ним согласен Александр Муранов: "В серьезных зарубежных юрисдикциях такого не существует — это уму непостижимо!"

Впрочем, сам Игорь Шемякин отрицает, что эта практика есть в ФАТС: "Агент получает вознаграждение по договору, но ни при каких условиях не может быть использован в качестве арбитра в деле, которое он "принес"". Агентов для поиска желающих судиться ТС привлекает официально, образец агентского договора размещен на сайте судьи ФАТС Алексея Леванова. Согласно документу, агент получает 10% от третейского сбора за факт включения в договор третейской оговорки и еще 12,5% — за "содействие третейскому судье, назначенному для разрешения спора, в обеспечении информационной связи со сторонами спора в период досудебной подготовки".

Сомнительные гарантии

В конкурентной борьбе за доходы судам помогают и различные гарантии. Так, многие обещают рассмотреть спор (независимо от сложности) за день или одно заседание: АТСМ, ФАТСМ, Первый ипотечный третейский суд, Национальный третейский суд, ТС при Национальном агентстве правовой защиты. ФАТСМ и ВАТС идут еще дальше, гарантируя получение исполнительного листа через 34 и 41 день после поступления иска соответственно. АТСМ даже обещает вернуть третейский сбор при отказе госсуда в выдаче листа.

Юристы критически оценивают такие гарантии. Юлий Тай считает, что если стороны своевременно в полном объеме раскрыли доказательства и правовую позицию, то реально рассмотреть дело в одно заседание, но, разумеется, гарантировать это невозможно и даже незаконно: "Нормальный ТС такого никогда не сможет и не будет гарантировать". "Всерьез воспринимать гарантии подобного рода не стоит — это однозначный признак низкокачественного и некомпетентного ТС. Серьезный арбитраж давать такие обещания не будет, тем более в качестве рекламы своих услуг",— считает госпожа Тарнопольская. Александр Муранов добавляет, что ТС выходят за пределы своих полномочий: "Возникает конфликт интересов, ведь третейские учреждения не должны заниматься помощью в получении исполнительных листов. А если иск должен быть отклонен? Они такими гарантиями занимают проистцовую позицию, что некорректно".

Иногда ТС предлагают другие услуги, не связанные непосредственно с третейским разбирательством. АТСМ организует взаимодействие с приставами, коллекторскими агентствами, привлекает конкурсных управляющих и частных детективов для розыска имущества должника. А ТС Красноярского края, глава которого раньше был сотрудником ОБЭП УВД Железногорска Красноярского края, предлагает проверку на полиграфе, поиск "жучков" в жилых и коммерческих помещениях, "представительство интересов в силовых и контролирующих органах". К этим практикам юристы также относятся с подозрением.

Направленные в ВАТС, ТС Красноярского края и СДКА запросы "Ъ" остались без ответа. В Минюсте надеются, что новый порядок создания ТС положит конец сомнительным схемам, третейское разбирательство перестанет восприниматься как бизнес и приблизится к классическому пониманию арбитража. Но сами по себе положения нового закона этого не гарантируют.

kommersant.

Апрель 2013 года:

«Если верить Ирине Сергиенко, ещё в прошлом году на имя прокурора Красноярского края региональным профсоюзом полицейских в лице председателя, бывшего сотрудника железногорского УВД Александра Илютина было написано заявление об использовании нынешним заместителем начальника управления служебного транспорта в личных целях. Полковник Николай Самарин-де последние два года прибывал утром из Сосновоборска к месту службы на машине УВД и на ней же убывал вечером обратно.

Кроме того, в аналогичном деянии обвинялась и супруга полковника, также служащая в полиции. Однако в декабре прокурор заявителю ответил, что «сигнал» для проверки отправлен в краевое ГУВД, где «не так давно» установили: информация Илютина подтверждения не нашла. В связи с чем заметка завершается призывом к Федеральной службе безопасности выйти из тени» (отсюда).

Октябрь 2011 года:

«В сентябре 2006 года прокурор ЗАТО Сергей Сурин направил начальнику УВД Александру Подъявилову бумагу примерно следующего содержания: «Прокуратура располагает информацией о том, что Илютин Александр Валентинович, 1970 г.р., не поступал и не обучался в БИ МНЭПУ. Прошу провести служебное расследование данного факта, материалы направить в прокуратуру для приобщения к имеющимся материалам».

Для справки: капитан Илютин служил на тот момент в отделе по борьбе с экономическими преступлениями горУВД. Что же касается ВУЗа со смешным названием, то оно всего лишь характеризовало достаточно полно его реальную сущность. БИ МНЭПУ – это Балтийский филиал независимого эколого-политологического университета, где наш милиционер получил заочно в 1999 году высшее юридическое образование. Сотрудник ОБЭП без юридического образования – это всё-таки нонсенс, согласитесь.

ДВЕ ПРАВДЫ КОММЕРЧЕСКОГО ВУЗА

Разумеется, в УВД эдакому сюрпризу от надзорного органа не обрадовались. Одно дело Муратов с Брусиловским, и совсем другое – свой собственный кадр. Что за материалы имелись на Илютина у Сурина, остаётся, увы, неизвестным. Но в отделе кадров управления действительно хранилась копия илютинского диплома с регистрационным номером 15s-99-088 от 28 июня 1999 года.

Опрашиваемый в рамках проводимой проверки, Илютин упорно показывал, что честно шесть лет оттрубил в платном БФ НЭПУ (за $800 в год), регулярно получал на службе отпуска и ездил в Санкт-Петербург на сессии – а за это время с уровня милиционера роты ППС вырос до офицера.

«В первых числах декабря 2006 года я давал подробные объяснения о своем обучении следователю прокуратуры Ковалевской О.Г., которая повела себя грубо и некорректно, сообщив, что не желает со мною разговаривать, - заявлял, в частности, Илютин. – Изложенные в письме в адрес ОСБ МВД РФ прокурором Суриным сведения являются не достоверными. По данному факту я четырежды давал подробные объяснения, в том числе и прокурорским работникам. Последние их проигнорировали.

Несмотря на мои настойчивые требования предъявить мне результаты проверки и принять окончательное решение по существу дела, прокурор отказывается выполнить мои законные требования. Имея большой багаж знаний в области юриспруденции и опыт работы по раскрытию экономических и налоговых преступлений, я пользуюсь в коллективе УВД авторитетом и провожу различные консультации и инструктажи по выявлению и раскрытия (Так в тексте – «Уран-Батор») преступлений».

Это не совсем пустые слова, между прочим. «За значительный вклад в области правозащитной деятельности» железногорцу Александру Илютину было присвоено звание «Почетный юрист Красноярского края». Тем не менее, на полковника Подъявилова, похоже, всё-таки поднадавили из столичной «собственной безопасности», и злополучная «честь мундира» была на время забыта. Проверка продолжилась.

В адрес руководителя Федерального агентства по образованию был направлен официальный запрос. Дело в том, что НЭПУ – вот неприятность! - в 2002 году прекратил своё существование. А ректор Международного независимого эколого-политологического университета (там хранились архивы почившего в бозе ВУЗа) сообщил в Железногорск, что А.В.Илютин в БИ МНЭПУ не поступал и не обучался. И, соответственно, никаких документов в канцелярии института ему не выдавалось.

Однако сам архив ухитрился прислать заколючинскому милиционеру другую справку, полностью подтверждавшую версию опера ОБЭП. Такая вот чепуховина.

ИСЧЕЗАЮЩИЕ БУМАЖКИ

Ситуация осложнялась тем обстоятельством, что в отделе кадров милиции хранилась лишь ксерокопия илютинского диплома. Оригинал загадочным образом исчез из железногорского представительства региональной общественной организации «Коллегия юристов Красноярского края» (подвал на Школьной, 33) задолго до проверки.

Дело тут вот в чём. В 1999 году Александр Илютин из милиции уволился по собственному желанию. С апреля 2000 года по июнь 2003-го он служил в налоговой полиции, где вырос от старшего лейтенанта до капитана. Потом его уволили оттуда по сокращению штатов, и наш герой трудоустроился ненадолго в ту самую КРОО «КЮКР». А ещё через год Илютин вновь написал заявление о приёме на службу в органы внутренних дел.

«Причиной могут служить произошедшие ранее в офисе представительства кража и полное затопление помещения в связи с аварией, - пояснили милиционеру насчёт исчезновения диплома в «КЮКР» в ноябре 2006 года. – Также, вероятно, утрате мог способствовать переезд в офис г. Красноярска. Приносим Вам свои искренние извинения!»

Цирк, да и только, а?

«Предоставлял ли при восстановлении на службу Илютин оригинал диплома, установить не представляется возможным, - говорилось в заключении на материалы проверки УВД. – Бывший начальник ОК УВД подполковник милиции Соловский в октябре 2006 года уволился на пенсию, а кто-либо из сотрудников ОК в настоящее время подтвердить или опровергнуть факт предоставления диплома не может».

Полковник Подъявилов санкционировал проверку считать законченной, и уголовное дело снова возбуждено не было. Возобновлена она была лишь при новом начальнике УВД. Весной 2010 года Фёдор Анышев направил за имя ректора БИЭПиП письмо с просьбой прояснить ситуацию. Из Питера, что характерно, пришёл вскоре всё тот же ответ: не поступал, не обучался, не получал.

Илютина начали дёргать по новой. Но в апреле 2010 года он ушёл в отпуск, потом продлил его в связи с болезнью… Тем временем, в железногорском подразделении Следственного комитета решили, что сроки проверки «по факту совершения мошеннических действий, в совокупности с предоставлением и использованием поддельного документа, совершенных оперуполномоченным ОБЭП УВД Илютиным А.В., по признакам преступлений, предусмотренных ст.ст. 159, 327 УК РФ», следует продлить.

Почему? Вы только не смейтесь, но обнаружилось, что материал предыдущей проверки тоже пропал – при передаче дел при отсоединении следственного комитета от прокуратуры.

ПЕРЕКВАЛИФИЦИРОВАТЬСЯ В СУДЬИ

15 июля 2010 года уголовное дело в отношении Александра Илютина не было возбуждено в третий раз. Любопытными здесь являются не только многозначительная настойчивость прокуратуры, но и формулировка очередного отказняка:

«Факт предоставления заведомо подложного документа в рамках данной проверки рассмотрен быть не может в связи с наличием ранее вынесенного неотмененного процессуального решения по тому же факту. Более того, даже в случае подтверждения факта мошеннических действий Илютина… сроки давности привлечения к уголовной ответственности за получение им денежных средств в связи с предоставлением учебных отпусков, истекли».

И завершающий картину штрих. Второго июня с.г. в «Сегодняшней газете-Красноярск-26» появилось большое интервью с председателем железногорского Третейского суда Александром Илютиным. Да-да, несмотря на безрезультатность очередного «наезда», из полимилиции он всё-таки уволился.

- Я пять лет отслужил в ОБЭП, - рассказал Илютин, - каждый год мои показатели по доначисленным в бюджет средствам увеличивались в два раза. В 2010 за январь, февраль у меня были самые высокие показатели из всех сотрудников ОБЭП. Комиссия написала «аттестовать с условием переаттестации через 6 месяцев». Тогда я и принял решение, что мне там нечего делать».

В ст. 8 третьей главы Федерального закона «О третейских судах Российской Федерации» говорится: «Судья, разрешающий спор единолично, должен иметь высшее юридическое образование. В случае коллегиального разрешения спора высшее юридическое образование должен  иметь председатель состава третейского суда».

Наш герой бодренько прорекламировал через газету не только услуги нового судейского органа, но и процедуру прохождения обследования на полиграфе, он же - детектор лжи».

uranbator.ru.