Уран-Батор
Сайт Эдуарда Безобразова

Железногорск

Главная arrow Публикации arrow Окружающая среда arrow Параллели и перпендикуляры: ликбез для чайников  
Saturday, 17 August 2019
Меню
Главная
Антологии
Публикации
Город за неделю
Загадки нашего городка
Архив форума
Фотографии
Файлы
Сайт
Город Железногорск
Опрос
А если арестуют Кулеша он:
мошенник
жертва гебни
а кто это
чума на эти оба дома



результаты

Комментарии
  • Чудеса Замкадья. Усть-Илимск
    "Бессмысленный и беспощадный бунт" в России всегда начинается с низов и с периферии. У нас подобное было - выбрали Баха.... >>>

  • Поп-механика
    Кумир расеянских патриотов Гиркинд никак не разберется со своими женами и детьми. Новая жена, отобравшая квартиру у его ... >>>

  • Мой маленький пентхауз
    Дикие животные просят у людей пропитания. В их лесу не только нечего есть, но и нечем дышать из-за масштабных пожаров. v... >>>

  • Мой маленький пентхауз
    Практика назначения "верных и лояльных" вместо умных и ответственных на всех уровнях привела к деградации управления все... >>>

  • Два пожара и наводнение
    Сегодня вижу бурные земляные работы возле магазина "Алкобренд"по пр.Курчатова. Ой,сколько грунта вынули.Сколько пустых з... >>>

  • На запах успеха
    Директор Бабенко не бежал, его выпиз...ли >>>

  • Политика - дело грозное
    Грабители в масках www.youtube.com/.../ ) >>>

RSS
Архив
Январь
Февраль
Март
Апрель
Май
Июнь
Июль
Август
Сентябрь
Октябрь
Ноябрь
Декабрь
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Подпишитесь на обновления сайта!



Twitter Уранбатора




Google
Поиск по сайту

Параллели и перпендикуляры: ликбез для чайников Печатать E-mail
Sunday, 18 October 2015

МОКС, ОЯТ, ОДЦ и прочие аббревиатуры расшифровываются по-разному.

ПАРАЛЛЕЛИ И ПЕРПЕНДИКУЛЯРЫ: СПЕЦВЫПУСК ДЛЯ ЧАЙНИКОВ

Чем глубже мы влезаем в экономические проблемы закрытых городов ГК «Росатом», тем сильней становится необходимость более глобальных обзоров состояния дел в отрасли в целом. Попробуем?

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ОПТИМИЗМ

«Государственная монополия «Росатом» реализует амбициозную программу строительства атомных станций по всему миру. На сегодня в постройке находятся 29 атомных блоков. Значительную часть блоков, построенных еще во времена СССР и позже, «Росатом», согласно контрактам, обязан обеспечивать ядерным топливом. А между тем уран - это единственный источник энергии, которым Россия не обеспечивает свои потребности. Дело в том, что каждый новый блок (ВВЭР-1000) при загрузке топлива требует эквивалент - 600-700 тонн добытого уранового концентрата (U3O8). Плюс ежегодная догрузка каждого блока - это еще до 150 тонн. Для блоков ВВЭР-440 потребность в топливе на 40% меньше.

Суммарные потребности в уране только России составляют до 5500 тонн уранового концентрата в год. Примерно такое же количество необходимо для покрытия зарубежных контрактов уже сегодня. С учетом постройки блоков уже через 6-7 лет потребности компании возрастут до 20 000 тонн. Дальше будет больше. При этом сама Россия добывает около 3000 тонн концентрата. Кроме этого, «Росатом» добывает уран в других странах. Это еще 5-6 тысяч тонн. Сегодня, как мы видим, разрыв между потребностью и производством небольшой. Пока цена на уран в мире относительно невысока и он в доступности, проблем у отрасли не будет.

Для справки: в мире идет бурное развитие добычи урана. В первую очередь это связано с вводом в строй в большом количестве новых атомным блоков, а значит, и увеличением спроса. Еще в 2005 году производство уранового концентрата составляло 41,7 тыс. тонн, а в 2013 году - уже 59,6 тыс. тонн. Спрос за это же время вырос с 49,2 тыс. тонн до 70 тысяч тонн соответственно. Есть оценки (на основе планов строительства блоков АЭС в мире и при отсутствии катаклизмов), что мировой спрос в 2030 году достигнет 120 тысяч тонн. Разницу покрывают за счет использования высокообогащенного оружейного урана (до 10% мировых потребностей). «Спасибо» атомной гонке и… переработке отработанного ядерного топлива (около 2% мировых потребностей).

Цена на уран, так же как и цена на нефть, подвержена большим колебаниям. Например, в 2002 году она была $21 за кг, а в 2007 уже $300 за кг. Далее она опустилась в коридор $60-160 за кг, в котором находится и сейчас. В сентябре 2015 года - 80-85$ за кг. Кстати, благодаря высокой себестоимости добычи урана в России «Росатом» в 2014 году получил убыток в этом сегменте в 22 млрд рублей. Но все равно проекты не забрасываются, а расширяются, потому что независимость «стоит» дороже. Есть рядом мировой лидер производства урана – Казахстан, входящий в ТС, но его уран законтрактован западными корпорациями, а ресурсы не бесконечны (нынешним темпом на 25-30 лет).

Итак, урана России не хватает, и он убыточен. Хуже всего то, что в обозримой перспективе значительный рост собственной добычи урана возможен только за счет увеличения убытков в геометрической прогрессии. А если эмбарго? Значит, нужен выход. Эта перспектива (недостаток поставок урана) рассматривалась руководством страны еще во времена СССР. И советские ученые пришли к выводу, что данную проблему можно решить только при помощи «замкнутого ядерного топливного цикла» (ЗЯТЦ). Что это такое? Подавляющее большинство стран сейчас работают по так называемому открытому ядерному циклу (ОЯЦ): добыли уран, обогатили его до необходимой концентрации, заложили его в блок АЭС, сожгли, остатки захоронили. При нынешней стоимости и доступности урана - это дешево, быстро и… привычно. Вопрос: как долго это будет дешево?

Но есть и альтернатива. Можно производить топливо не из природного урана, а самим. Дело в том, что само топливо выгорает не до конца. Да и «горит» в нем не весь уран, а только один из его изотопов, а именно U235. Собственно, именно он и является тем самым традиционным топливом, которое предоставляет особую ценность. Именно он может поддерживать цепную ядерную реакцию в реакторе. Его собрат U238 сам по себе не «горит», хотя и его «радиоактивность» не лишняя при работе блока. В ядерном топливе важна суммарная радиоактивность. Можно выделять U235 и разбавлять его булыжниками, но энергетически это намного хуже, чем разбавлять его не особо ценным и имеющимся в достатке U238.

В природе в руде пропорции U235 и U238 составляют 0,72% и 99,2745% соответственно (0,0055% составляет U234). Чтобы топливо могло гореть в реакторе, его надо «обогатить». (Это святая святых мирового ядерного клуба, в который стараются никого не пускать. Именно за «самовольное» обогащение урана были введены санкции в отношении Ирана.) Итак, его надо обогатить до 2-5%, то есть повысить долевую часть U235 до этой цифры. Если же обогатить руду выше 20%, то мы получаем оружейный уран.

Топливо произведено, оно выгорело (за 4-5 лет) и вывезено в хранилище для ОЯТ. Далее его можно захоронить или переработать. Дело в том, что за время нахождения топлива в активной зоне реактора U235 выгорает не весь, а только треть от него. Остальное можно извлечь и использовать повторно, отделив другой очень ценный энергетический элемент – плутоний. Далее разделенные элементы добавляют в природную руду и повторно используют. Получают так называемое МОКС-топливо. Так уже давно поступают во Франции, где треть используемого топлива - это повторно используемые изотопы. Французы также производят МОКС-топливо и по заказу других стран.

Освоение переработки ОЯТ реакторов ВВЭР-1000 откроет новый большой сектор рынка услуг по переработке отходов атомной промышленности. А проект по возврату и утилизации отработавших радиоизотопных источников значительно повысит уровень безопасности обращения с отслужившими радиоактивными источниками на территории России и за  рубежом.Поскольку другие предприятия - производители радиоизотопов таких услуг не оказывают.

Другой путь. Реакторы-бридеры 

Теория бридеров возникла еще до появления первой атомной станции. Идея очень простая: создать реактор, который будет производить топливо для себя и для других. Есть такой параметр в атомной энергетике, как коэффициент воспроизводства топлива. В реакторах-бридерах он выше 1 (в теории может быть 2, но в реальности 1,1-1,5). Все, что нужно для запуска этого реактора, - загрузить его топливом и, пока не будут переработаны первые «отходы» (а это 10-15 лет), догружать. Затем он будет обеспечивать топливом и себя, и «соседа».

Первое поколение бридеров было построено в 1970-е годы. Идея была очень перспективной, но… оказалась очень убыточной. Стоимость самого реактора с жидкометаллическим теплоносителем (в данном случае натрием) стала слишком высокой, да и с безопасностью были проблемы. Поэтому от этой идеи последовательно отказались США, Германия, Япония. Дольше всего продержалась Франция, но в 2009 году под давлением «общественности» сдалась и она. Только Россия продолжила этот путь (правда, есть неподтвержденные данные, что Франция также вынашивает идею строительства бридера 4-го поколения, но не ранее 2020-х годов).

В России принята программа «Прорыв». Согласно ей российская атомная промышленность и энергетика должны совершить качественный скачок и наконец «замкнуть» ядерный цикл, сделав ядерную энергетику безопасной и полностью независимой от внешних факторов. В 2014 году был достроен блок нового поколения БН-800. В начале 2016 года блок должен быть передан в эксплуатацию. Сама программа строительства блоков данного типа была принята еще в СССР, но с его распадом и экономической разрухой их достройка была заморожена. И вот один таки достроили? Реакторы данного типа в СССР должны были стать предсерийными. В них в значительной мере был учтен опыт работы предшественника – БН-600. Увеличена безопасность, существенно уменьшены размеры, что наряду с увеличением мощности уменьшило и себестоимость электроэнергии. Но сам проект, которому уже более 30 лет (пусть и в измененном виде), конечно, не мог впитать все достижения современных технологий. Уже новый реактор проекта БН-1200, несмотря на 1,5-кратное увеличение мощности, будет компактнее, а значит, и намного дешевле.

Кстати. В рамках проекта «Прорыв» к 2020 году должен быть построен еще один экспериментальный бридер БРЭСТ-300-ОД. Принципиальное отличие его состоит в том, что в нем в качестве теплоносителя используется не жидкий натрий, а жидкий свинец. Это в теории позволяет добиться практически абсолютной безопасности. Принятие решения о серийном строительстве реакторов проекта БН-1200 будет приниматься с учетом опыта эксплуатации реактора БН-800. Наверняка в проект будут вноситься изменения и доработки. Но самое важное сейчас состоит в другом. Россия движется к своей энергетической независимости планомерно и целенаправленно. Многие части проекта «Прорыв» уже реализованы (завод по производству МОКС-топлива, проект БН-800) или на стадии реализации (завод по переработке ОЯТ, проект БРЕСТ-300-ОД и проект БН-1200), а значит, есть уверенность, что рано или поздно ядерный цикл будет замкнут.

politrussia.com.

***

Image

Механизм повышения зарплаты и производительности труда.

***

МИЛОВ: «АМБИЦИОЗНАЯ ПРОГРАММА РАЗВИТИЯ АТОМНОЙ ОТРАСЛИ НЕ ВЫПОЛНЕНА»

«В ноябре исполнится ровно 10 лет с момента назначения Сергея Кириенко главой российской атомной отрасли. С самого начала работы в «Росатоме« он обозначил громкие стратегические цели — построить в России 40 новых атомных энергоблоков за 25 лет и довести до 25% долю АЭС в общем производстве электричества в стране. В целом десятилетие правления Кириенко ознаменовалось крупнейшими бюджетными субсидиями российской атомной отрасли, выделяемыми под постоянно озвучиваемые громкие стратегические инициативы, в том числе международные.

Время подвести некоторые итоги — не столько даже деятельности Кириенко, сколько самой идеи реанимировать проблемную российскую атомную отрасль и вывести ее на некие новые высоты. На взгляд автора этих строк, идеи крайне сомнительной изначально.

«Атомная романтика»

Прежде всего, глядя на мировую практику, легко заметить, как падает значимость АЭС в мире. Если в 2000 году, по данным BP Statistical Review of World Energy, доля атомной энергетики в мировом производстве первичной энергии составляла 8%, то сейчас — всего 4%. Еще немного, и ее обгонит альтернативная энергетика, причем дело не в аварии 2011 года на АЭС в Фукусиме — падение было последовательным в течение всех 15 лет. Причины понятны. Энергия, которую дают АЭС, — одна из самых дорогих, если учитывать не только текущие издержки производства, но и капитальные затраты.

По данным Международного энергетического агентства (МЭА), капитальные издержки на строительство АЭС кратно выше, чем для любых других энергомощностей, и уже заметно выше затрат на строительства электростанций на возобновляемых источниках энергии. Вот уже не первое десятилетие темпы выработки ресурса атомных энергетических реакторов в мире (массово построенных в эпоху «атомной романтики» второй половины ХХ века) существенно опережают темпы ввода новых реакторов, да и те строятся в подавляющем большинстве в развивающихся странах — развитые страны АЭС практически не строят.

Жаль, что 10 лет назад Сергей Кириенко не проанализировал эти мировые тренды, прежде чем объявлять амбициозную программу атомного строительства. Ведь этот эксперимент проводился в основном на бюджетные средства, на деньги налогоплательщиков. Согласно годовым отчетам госкорпорации «Росатом», только в 2009-2014 годах она получила под свои проекты почти триллион рублей бюджетных средств (826 млрд, и это не считая начального имущественного взноса в 450 млрд — речь только о живых деньгах), более половины из которых пошли на финансирование атомного энергопромышленного комплекса. Согласно утвержденной постановлением правительства от 6 октября 2006 г. №605 ФЦП «Развитие атомного энергопромышленного комплекса России на 2007-2010 годы и на перспективу до 2015 года», на достройку атомных энергоблоков высокой степени готовности и строительство новых АЭС планировалось потратить 610 млрд рублей бюджетных средств, что составляло 65% от общих источников финансирования. Остальными были «внебюджетные источники» — в основном в виде квазиналоговой целевой инвестиционной надбавки к тарифам концерна «Росэнергоатом». Согласно актуализированной правительством в 2014 году версии этой программы, общий объем планового бюджетного финансирования составляет 492 млрд рублей в период 2012-2020 годов.

Так что все это великолепие изначально предлагалось профинансировать не рыночным путем, а за счет денег налогоплательщиков и средств, насильно включаемых в тарифы на электроэнергию. При этом уже в 2006 году в сметы закладывалась довольно высокая удельная стоимость строительства новых блоков — $2200-2300 за киловатт новой мощности по курсу того периода. По оценкам МЭА, фактическая стоимость сооружения АЭС в России еще выше — примерно $3800 за киловатт. Вдвое выше, чем строительство АЭС в Китае, и почти в пять раз выше, чем строительство газовых электростанций в России, по данным того же МЭА.

Бюджетный реактор

Что же удалось сделать за это время? Из обещанных 40 новых энергоблоков в эксплуатацию пока ввели всего три суммарной мощностью 3,1 ГВт — два энергоблока на Ростовской АЭС и один на Калининской. Близки к пуску в промышленную эксплуатацию еще два блока на 2 ГВт мощности — третий блок Белоярской АЭС и первый Нововоронежской АЭС-2. Доля атомной энергетики в выработке электроэнергии в России сейчас составляет 17% (против 15% в 2005 году), никакими 25% и не пахнет. Суммарная установленная мощность АЭС сегодня –  26 ГВт, а выработка АЭС в этом году ожидается на уровне 190 млрд кВтч, хотя по правительственной программе, принятой в 2006 году, в 2015-м планировалось достичь 33 ГВт и 224 млрд кВтч. Под эти обещания были получены и потрачены огромные бюджетные средства.

Для сравнения: «Э.ОН Россия», бывшая ОГК-4, объединяющая 4 тепловые ГРЭС, за 10 лет ввела 2,4 ГВт новой мощности, своими силами, без привлечения госпомощи. Честно говоря, я как налогоплательщик категорически не согласен с тем, чтобы сотни миллиардов бюджетных рублей выбрасывались на ввод 3-5 гигаваттных энергоблоков за 10 лет. Гораздо лучше отдать дело частным инвесторам, которые построят газовые энергоблоки намного дешевле, а сэкономленные сотни миллиардов рублей направить на образование и строительство дорог.

На это могут возразить: но ведь планируются к сооружению новые атомные электростанции, они в ближайшее десятилетие добавят мощности. Увы, это совершенно не так. Даже по уже утвержденным планам вывода из эксплуатации старых атомных энергоблоков, в России в ближайшие примерно 10 лет будет выведено из эксплуатации около 12 ГВт мощности АЭС. А еще 5 ГВт — это блоки, которые должны быть выведены из эксплуатации из-за окончания нормативных сроков службы (они были введены в 1980-е), но их, скорее всего, будут продлевать до бесконечности. Агрессивная политика продления эксплуатации очень старых энергоблоков — что, для начала, просто небезопасно — стала, к сожалению, родовой чертой политики «Росатома».

При этом новые проекты, строящиеся в настоящее время, могут дать лишь 9 ГВт мощности в ближайшие 10 лет (1-й и 2-й блоки Кольской АЭС-2, Ленинградской АЭС-2, 2-й блок Нововоронежской АЭС, 5-й и 6-й блоки Курской АЭС, 4-й блок Белоярской АЭС и 4-й блок Ростовской АЭС) — по факту баланс ввода и выбытия атомных мощностей будет отрицательным, и их доля на рынке в итоге неизбежно сократится. К чему было тратить на все это бюджетные деньги? Да, у «Росатома» есть еще портфель примерно в 15 ГВт мощности новых АЭС, которые пока и не начинали строить (Нижегородская, Балтийская, Тверская, Северская, Смоленская АЭС-2). Однако с учетом прошлого опыта и требуемых затрат есть большие сомнения в том, что до 2030 года мы увидим ввод хотя бы более-менее готовых 9 ГВт, упомянутых выше, — а эти новые станции вообще пока выглядят как замки на песке.

Но даже имеющиеся планы по достройке АЭС выглядят крайне проблемными на фоне сокращающихся бюджетных возможностей. Уже ясно, что атомная энергетика одной из первых пойдет под нож, в свежем проекте федерального бюджета-2016 расходы на нее сокращаются на 48%. Нетрудно представить, что сроки ввода в эксплуатацию новых АЭС сдвинутся, что еще сильнее усугубит негативный баланс ввода-вывода мощностей на 2025 год. Вместо атомной экспансии мы, таким образом, получим фактическое сокращение доли АЭС на рынке. Что, по мнению автора этих строк, не так плохо с учетом серьезной экономии бюджетных средств и позитивных экологических последствий — но, к сожалению, сотни миллиардов рублей уже безвозвратно потрачены.

Да и в сфере производственной базы у «Росатома» за последнее десятилетие проявились серьезные проблемы похлеще финансовых. Речь и о низком качестве строительства. Вспомним лишь обрушение арматуры защитной оболочки реактора на Ленинградской АЭС-2 в 2011 году, и о постоянных метаниях по части планов развития производственной базы — поначалу «Росатом»вознамерился создать в России новое производство корпусов реакторов на совершенно не приспособленном для этого заводе Петрозаводскмаш, куда запланировал инвестировать €80 млн, однако буквально через пару лет от этих планов отказался и принял решение проект свернуть. Вопрос отсутствия машиностроительной базы для реализации гигантских планов по сооружению реакторов в России и за рубежом, пожалуй, посерьезнее финансового.

Любимая игрушка

Есть вопросы, в которых, наверное, стоит отдать Кириенко должное. Например, в первые годы своей работы он добился довольно серьезного снижения операционной себестоимости выработки электроэнергии на АЭС — до 60 копеек за кВтч в 2011 году. Однако в последние годы опять пошел рост — сейчас это около рубля за кВтч. То же самое и с удельной численностью персонала в «Росэнергоатоме» — поначалу ее удалось сократить с более 40 000 до 34 000, однако в последние годы снова наблюдался рост — до 37 000 работников, или 1,5 человек на мегаватт установленной мощности. За десятилетие «Росэнергоатому» удалось повысить коэффициент использования установленной мощности АЭС — средняя загрузка выросла с 73% до 82%, примерно половина достигнутого прироста выработки электроэнергии получена именно за счет этого.

Кириенко отчасти удалось решить задачу избавления России от импортной зависимости по урану — в 2005 году мы добывали примерно 3500 тонн урана в год только при собственной потребности в 5000 тонн. В последние годы «Росатом» добывает 7000-8000 тонн в год, однако такой результат был достигнут только за счет зарубежной добычи и приобретения Uranium One, добывающей уран в Казахстане и США: собственная добыча урана в России, по данным «Атомредметзолото», в 2014 году опустилась всего лишь до 2900 тонн. Само «АРМЗ» находится в глубоких убытках и даже вынуждено отказываться от лицензий на урановые месторождения из-за низкого качества ресурсной базы.

Еще одна любимая игрушка российской атомной отрасли — активные попытки строительства ядерных объектов за рубежом. Здесь пока сложно что-либо оценить, так как подавляющее большинство проектов находится в самой начальной стадии реализации, а работа по завершенным объектам — АЭС Тяньвань в Китае, Бушер в Иране или Куданкулам в Индии — была начата еще задолго до Кириенко. Однако важен вот какой момент: очевидно, что все эти зарубежные проекты не выживут без российских бюджетных денег либо кредитов госбанков, которые, в свою очередь, являются крупными реципиентами господдержки. Так что зарубежная экспансия «Росатома», может быть, и дает заказы нашим атомным предприятиям, но как и в случае с программой развития нашей собственной атомной энергетики, уместен вопрос — за чей счет? Есть большая вероятность, что с точки зрения налогоплательщика весь международный портфель заказов может быть убыточным, так как в большинстве случаев России удается «продать» эти проекты зарубежным партнерам только на условиях предоставления собственного финансирования. А финансирование, как мы знаем, «Росатом» в основном берет у государства.

Есть вопросы и по части безопасности эксплуатации атомного энергетического хозяйства: начиная с 2010 года здесь ежегодно происходит в среднем по 2-3 события, классифицируемых выше первого уровня по Международной шкале ядерных событий INES. Сами по себе они не несут большой угрозы, но тренд тревожный — в нулевые таких событий почти не было. Остается лишь сожалеть о ликвидации в 2004 году независимого надзорного органа, Госатомнадзора, чье место вот уже 10 лет вакантно. Объединивший множество разных надзорных ведомств аморфный Ростехнадзор чересчур перегружен другими функциями.

Подводя итоги, следует сказать, что амбициозный проект реанимации российской атомной отрасли, за который взялся десять лет назад Сергей Кириенко, выполняется так же, как большинство других наших госпроектов. Реальные результаты сильно ниже ожиданий, зато госкорпорация превратилась в огромную фабрику по переработке средств налогоплательщиков под лозунгом «поддержки отечественных высокотехнологичных производств». Это один из тех случаев омертвления капитала, типичный для госинвестиций с их «мостами в никуда» и пустующими олимпийскими объектами. В данном случае только мы имеем дело с сооружением энергомощностей, которое могло выйти кратно дешевле и обойтись без огромных госсубсидий, будь оно осуществлено частными инвесторами за собственные средства. Да и в целом, Кириенко поставил на отрасль, чья роль в мире по объективным причинам сокращается.

forbes.ru.

***

«РОСАТОМ»: КРИЗИС ЯДЕРНОГО НАСЛЕНИЯ ПРЕОДОЛЁН

Директор по государственной политике в области радиоактивных отходов госкорпорации "Росатом" Олег Крюков рассказал в интервью РИА Новости, какие новые технологии применяют отечественные атомщики для обеспечения экологической безопасности

— Какие основные целевые показатели заложены в ФЦП ЯРБ-2?

— Назову некоторые. Предстоит вывезти 83 тысячи отработавших топливных сборок и переработать 3 тысячи тонн отработавшего ядерного топлива. Планируется вывести из эксплуатации 82 ядерно- и радиационно опасных объекта. Надо будет законсервировать семь промышленных уран-графитовых реакторов. В планах также реабилитация 4,3 миллиона квадратных метров территории. И, наконец, должно быть завершено создание наиболее сложных объектов инфраструктуры единой государственной системы обращения с радиоактивными отходами, без которых не может быть достигнута цель создания этой системы — обеспечение эффективного и безопасного обращения с радиоактивными отходами в нашей стране в целом.

— Международные эксперты отмечают, что Россия — одна из немногих стран, имеющих технологии безопасного обращения с отработавшим ядерным топливом реакторов АЭС. При этом они, прежде всего, отмечают не имеющие аналогов в мире уже построенные и возводимые комплексы по хранению и переработке ОЯТ на горно-химическом комбинате в Железногорске. В чем заключается особая роль ГХК?

— Прежде всего, у ГХК накоплен большой опыт централизованного хранения отработавшего топлива. Мы начинаем уходить от "мокрого" хранения ОЯТ в бассейнах с водой к "сухому" варианту, где отсеки с ОЯТ охлаждаются воздухом. Технология "сухого" хранения основана на пассивном принципе обеспечения безопасности — даже в случае потери источников энергоснабжения будут сохранены все условия безопасного хранения ОЯТ за счет естественной конвекции. "Мокрое" хранилище требует более тщательного обслуживания, ведь если вода по каким-то причина исчезает из бассейна, то это серьезный инцидент, который теоретически может привести к последствиям типа фукусимской аварии. Кроме того, тут есть и экономическая составляющая — хранение топлива в "сухом" хранилище почти в пять раз дешевле, чем в мокром.

— А что вы скажете о его переработке?

— На ГХК строится опытно-демонстрационный центр по переработке отработавшего ядерного топлива. Это инновационный радиохимический завод, отличительной чертой которого является полное отсутствие жидких технологических сбросов за счет создания замкнутого водооборота и отверждения образующихся радиоактивных отходов. По экологическим показателям он будет превосходить другие перерабатывающие предприятия, действующие как в России — завод РТ-1 на производственном объединении "Маяк", так и за рубежом — французские заводы на мысе Ла Аг. Если мы посмотрим, что происходит у французов, там часть жидких низкоактивных отходов, загрязненных радионуклидами, в частности тритием и долгоживущим изотопом йода, сбрасывается в океан. На ГХК ничего подобного не будет.

— Понятна ли экономика этого объекта?

— Конечно, себестоимость нашей новой технологии заранее была просчитана — она будет полностью конкурентоспособной и привлекательной для заказчиков. Одна из причин того, что Ла Аг серьезно, раза в полтора, недозагружен — это высокая стоимость переработки на этом предприятии.

В нынешнем году мы должны сдать пусковой комплекс опытно-демонстрационного центра с исследовательскими горячими камерами, рассчитанными на переработку до пяти тонн ОЯТ реакторов ВВЭР-1000 в год. Отработка процесса переработки в исследовательских камерах нужна для того, чтобы в 2020 году завершить строительство второй очереди опытно-демонстрационного центра производительностью 250 тонн ОЯТ в год с обоснованными технологическими и стоимостными параметрами, а также отработать технологии фракционирования минорных актинидов (опасных радиоактивных элементов, накопившихся в ядерном топливе при работе в реакторах АЭС — ред.) для существенного снижения радиотоксичности захораниваемых отходов.

— Одно из главных событий для атомной отрасли России в этом году — открытие на комбинате производства так называемого ядерного МОКС-топлива.

— Да, в 2014 году на горно-химическом комбинате впервые в мировой практике создан завод по фабрикации смешанного уран-плутониевого топлива для прототипа коммерческого реактора на быстрых нейтронах БН-800 четвертого блока Белоярской АЭС. Для России это первый шаг по промышленному вовлечению потенциала плутония в ядерный топливный цикл. До этого наша страна повторно использовала только часть продуктов переработки — регенерированный уран для производства ядерного топлива реакторов РБМК и получаемый при переработке ОЯТ на заводе РТ-1 производственного объединения "Маяк", а плутоний отправлялся на склад. Именно этот плутоний и был использован для стартовой загрузки реактора.

Помимо производства МОКС-топлива для быстрых реакторов, на новом заводе на ГХК сможем вести работы по фабрикации РЕМИКС-топлива. Оно предполагает использование смеси изотопов урана и плутония для топлива реакторов на тепловых нейтронах, причем повторное использование такого топлива, рецикл, может быть осуществлено многократно, в отличие от французского варианта МОКС для "тепловых" реакторов, где возможен лишь однократный рецикл. Новое производство будет действовать в целом в очень важной сфере — в переработке отработавшего ядерного топлива, где вопрос использования продуктов переработки чрезвычайно важен. Уникальная площадка, созданная на ГХК, сочетает три "передела" — хранение, переработка ОЯТ и производство топлива из продуктов переработки и, по сути, является интегрированным заводом по рециклированию отработавшего топлива. Скажу, что в мире такой второй площадки нет.

— Следом за реактором БН-800 рассматривается возможность строительства коммерческого энергетического реактора на быстрых нейтронах БН-1200. Напрашивается идея создать производство топлива для этого реактора также на ГХК.

— Не исключаю такой возможности. Думаю, что если будет принято решение строить БН-1200, то ГХК будет иметь приоритет с точки зрения расположения производства. Потому что у комбината уже будет и опыт таких работ, да и территориально разносить такие производства нецелесообразно.

ria.ru.

Продолжение следует.

 

 
Рассказать про это друзьям в:

Добавить комментарий

Внимание!
Перед публикацией комментарий проходит проверку.
В комментарии к материалу разрешено выражать свое отношение к тексту или событию в пристойной форме. В случае появления ненормативной лексики, перерастания комментирования в оскорбления и т.д., комментарии будет удаляться.
Если вы заметили сообщение с нарушением, нажмите возле него на кнопку с зеленым гоблином.
Давайте не будем сами себе злобными Буртинами

Защитный код
Обновить

< Пред.   След. >
Мы поддерживаем
РОСЖКХ
ЗАСТАВЬ КОММУНАЛЬЩИКОВ РАБОТАТЬ!

История Железногорска
17.08.1979
утверждено положение "О почетном гражданине города"

17.08.2000
образовано частное охранное предприятие «Легион»

17.08.2006
на заводе поликристаллического кремний ГХК завершились испытания комплекса оборудования для получения поликристаллического кремния

по материалам библиотеки им.Горького
Телепрограмма
Телепрограмма операторов г. Железногорск
КАБЕЛЬНЫЕ

ЭФИРНЫЕ
Погода в Железногорске
Погодный информер meteo26.ru




подробно
Остальное

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Выделить